Конкурс "Супергерой за лучший обзор!"
Приём работ до 1 июня.

Коферд: Сцены. 04.07.13 - ДВЕНАДЦАТАЯ и ТРИНАДЦАТАЯ сцены

Здесь Вы можете прочесть и обсудить чужие истории о ВР или выложить свою.

Модераторы: Имперский командор, Rayan, KaiseR

Автор
Сообщение
LaBelleDameSansMerci
Аватара пользователя
Сообщения: 224

Re: Коферд: Сцены. 10.12.12 г. - ОДИННАДЦАТАЯ сцена.

#46 Сообщение LaBelleDameSansMerci » Чт фев 21, 2013 12:36 am

Все одиннадцать сцен прочитались быстро, незаметно — потом ещё несколько раз более вдумчиво перечитывались.
Создаётся ощущение "здорового" променада в ритме шаффла по бескрайним, но свежим, зелёным, живым просторам — даже пустыня, и та — зелёная! Только увидела своё отражение в озере у усадьбы-замка и краем уха услышала чьё-то ворчание; как уже стою в тени на заседании каких-то революционеров — и уже готова броситься с пистолетом приветствовать принца; но нет же — теперь я в пустыне; и т.п. И всё это время за мной какие-то прохладные, держащие в тонусе ощущения — наиприятнейшие. Спасибо Вам за это.)
Что касается самых любимых моментов, так это:
Зеленый Зактан писал(а):«О Ваунштраф, о Великий, Благословенный и Яркий, любимый Ваунштраф!.. ... и далее по тексту

KaiseR писал(а):- Николас! – воскликнула Элоина; старый Николас и не думал её оставить, но, признаемся, и его верности не хватало уже на то, чтоб далее терпеть лишения пути и не думать о туманном будущем. – Николас! К Морю! На Ваунштраф! Мы должны… Мы прибудем в Порт-Визифер. Мы уедем… Не знаю куда уедем! В Гюрелайю! К его родственникам, он ведь мне говорил… Помнишь, он тогда приехал с другом… Как его звали? Людвиг? Или Эдвин? Но он тоже живёт в Гюрелайе, под Гюреленом… Они говорили… Может, он приедет туда! Обязательно приедет туда! Я не знаю, где у них… где они… Но я обязательно его встречу раньше, чем их… их комитеты – или как они называются, он говорил? И отговорю его. Обязательно отговорю. О, Николас!

И, разумеется, этот. Его я уже знаю наизусть и иногда просто произношу вслух от красивости звучания.

Ну а если впечатления за третье перечитывание не изменились — выходит, они правильные.)

Зеленый Зактан
Легенда
Аватара пользователя
Сообщения: 6075
Награды: 2

Лучшая партия Мафии Ветеран ВР

Re: Коферд: Сцены. 10.12.12 г. - ОДИННАДЦАТАЯ сцена.

#47 Сообщение Зеленый Зактан » Чт фев 21, 2013 2:21 pm

Каюсь, успел привыкнуть, что меня читают (хотя последнее время пишу не для ВР и на публику, соответственно, не выставляю), но чтоб перечитывали, да еще столь интенсивно - ни разу не было. Большое спасибо, мне трудно здесь что-то еще придумать...) Я там сам, наверное, не всё по три раза прочитал (после окончательной редактуры - точно нет). :)

Описание Ваунштрафа, это, конечно, на мой теперешний строгий взгляд чересчур напыщенно-поэтично (в конце концов, какой из меня патриот выдуманной страны?), но рад, что вам понравилось.) Фразу же про Николаса я не то что заучить, перечесть уже не могу в правильных интонациях... Эх! Хотелось бы завершить обещанием скорого возобновления работы над книгой и выпуском новых глав, но, боюсь, я так и не могу вновь настроиться на Кофердскую волну, которая главенствовала в любом моем творчестве основной целых три года... А больше всего я ведь сожалею о том, что и концовка, и эпилог, и вообще все кроме кульминации уже написано и расфасовано в разном состоянии - от полуфабриката до окончательного варианта, но, придумывая интересные (как мне кажется?) мелкие эпизоды для "проходных" глав, необходимых только что для обеспечения связности сюжета, я совершенно забыл об основном событии книги и так и не знаю теперь, когда прошло время, как его написать. Во всем виноват вынужденный летний перерыв в творчестве, а теперь уже, видимо, я сам.)

Пустыня она зеленая разве что образно (надеюсь, это никак не намек на устаревший мой никнейм?), на самом деле в Кофердии мрачной даже степи желто-чахлые зимою и летом. :)

Странно, что цитата "КайзеРовская".))

Я ничем не связан с Greenpeace? Greenpeace ничем не связан со мной! (с)

LaBelleDameSansMerci
Аватара пользователя
Сообщения: 224

Re: Коферд: Сцены. 10.12.12 г. - ОДИННАДЦАТАЯ сцена.

#48 Сообщение LaBelleDameSansMerci » Чт фев 21, 2013 11:15 pm

Зеленый Зактан писал(а):Каюсь, успел привыкнуть, что меня читают (хотя последнее время пишу не для ВР и на публику, соответственно, не выставляю), но чтоб перечитывали, да еще столь интенсивно - ни разу не было.

О, это запросто можно приравнять к простому чтению — уже привычка вчитываться по несколько раз в произведение; а всё ради нахождения новых и новых интересных моментов. Собственно, результат не разочаровал.)
Зеленый Зактан писал(а):Описание Ваунштрафа, это, конечно, на мой теперешний строгий взгляд чересчур напыщенно-поэтично (в конце концов, какой из меня патриот выдуманной страны?), но рад, что вам понравилось.)

А разве не так оно должно и быть?) В любом случае — красиво.
Зеленый Зактан писал(а):Фразу же про Николаса я не то что заучить, перечесть уже не могу в правильных интонациях...

Но главное-то не это, а, скорее: что она попросту есть.)
Зеленый Зактан писал(а):я совершенно забыл об основном событии книги и так и не знаю теперь, когда прошло время, как его написать. Во всем виноват вынужденный летний перерыв в творчестве, а теперь уже, видимо, я сам.)

Сцены ведь позволяют некую вольность в очерёдности историй? Так почему бы ею не воспользоваться?
Зеленый Зактан писал(а):Пустыня она зеленая разве что образно (надеюсь, это никак не намек на устаревший мой никнейм?), на самом деле в Кофердии мрачной даже степи желто-чахлые зимою и летом.

Зелёный — это смешение свежего травянистого и чего-то живого, что ли… Да и изжелта-чахлое жизни отнюдь не лишено.)

Зеленый Зактан
Легенда
Аватара пользователя
Сообщения: 6075
Награды: 2

Лучшая партия Мафии Ветеран ВР

Сцены 12 и 13

#49 Сообщение Зеленый Зактан » Чт июл 04, 2013 8:07 am

Скрытый текст, кликните чтобы показать/убрать.

Да неужели? Что ж, в ознаменование юбилея ли главы нашего Проекта, после недавнего ли прочтения очередной главы "Иоганна", просто так ли, я оторвался от новых своих книг и вновь открыл "Сцены".

И что я там нашел? Две почти дописанные сцены, законченные еще где-нибудь под конец прошлого года.

Не думаю, что кто-то теперь еще помнит сюжет. Скажу честно, и я его до мелочей не помню. Поэтому я бегло перечитал их и завершил, дабы выставить сцены 12 и 13.

Что ж, может, у "Сцен" и будет продолжение, а почему нет? В принципе, они достаточно короткие, чтобы легко дописать их. Скажу честно, сейчас мне стиль их кажется уже не таким хорошим, да и объем уж слишком небольшим... Так что в представленной ниже "полугодовой эклектике" не стоит ждать ни точного продолжения прошлого стиля, ни хорошего примера того, как я пишу ныне.

Но всё же:


Сцена 12

Жером ввел Элоину в единственный не пустовавший зал Бирн-Рикова поместья. Открытая дверь, сквозь которую камберка еще стоя на лестнице могла разглядеть украшенный под рыцарскую старину зал, раму княжеского портрета и дежурные фраки нарочито суровых "заседателей", никем не охранялась. Впрочем, наверняка еще с полчаса назад кто-то следил за входом хотя бы из скуки. Однако теперь Жером и отчаянная княгиня проникли в самое логово Вауншрафских подпольщиков абсолютно незамеченными.

- Благодарите меня; обыкновенно здесь проверяют входящих, но нашего с вами запоздалого прибытия не заподозрят. - Отечески шепнул новый знакомый ей при входе, как будто для конспирации спрятавшись с нею за дверным косяком. - Только тихо, бесшумно, не отстраняясь!

Увы, мы не можем столь самоуверенно утверждать, что никто и впрямь не приметил Жерома. Однако ничего необычного в его приходе, пусть несколько позднем, не было, а спрятавшуюся за спину его Элоину никто не увидел за рядами кресел. Эффект, который он, безусловно, желал произвести на юную девушку, расставшись с осторожностью подпольщика и упорно видя в ней союзницу, удался. Теперь мысли его занимало даже не заседание, и уж тем более ни на секунду он не усомнился в принадлежности Элоины к подполью; наш республиканец не собирался отправлять ее на расспросы к Бирн-Рику, в первую очередь собирался он отвратить"эту провинциальную подпольщицу, посвященную Ваньшерром, от самого Ваньшерра, дабы она не видела в нем ни учителя, ни объект любви!" Думала ли княгиня Кавере-Лант, что ее считают ученицею Александра в бунтовском деле?

Поправив платье, камберка по знаку Жерома послушно села на свободное кресло в заднем ряду. Жером уселся с нею рядом, хотя обыкновенно занимал место поближе к помосту своего лидера. И уж это-то можно было заметить! Но Бирн-Рик - мы совсем забыли упомянуть, что речь держал Бирн-Рик - вождь революции в упоении ничего не замечал, а все сейчас слушали именно Бирн-Рика, и с небывалым вниманием.

- Таким образом, очевидно, что Франс Безмозглый совершенно зачахнет от пьянства к концу сего года, и последним легитимным для Лангарта корольком станет Альберт-Генрих... Ежели мы не выступим раньше. Не будет Генриха, куда уж Франсу стабилизировать власть или, тем более, изменить закон о престолонаследии? А нет на Земле больше Авершеров; вырождаются они, и потому - теракт: убьем последнего, и покуда Франс будет чахнуть, соберутся в столице смутные силы в борьбе за корону. Пожрут Коферд! А пока они там будут собачиться, вплоть до гражданской войны, черт их побери, мы и заявим о своей былой вольности - и им будет уже не до нас. Они останутся со своей шутовской короной, а над Ваунией, глядь, уж развевается бордовый стяг с секирою... Даже крестьяне поддержат нас, господа, даже их монархический, реакционный слой, даже они, в коих умер дух истинно ваунской свободы: ведь прервется род Авершеров - значит, померли все наследники Альберта Третьего, а за трон подерутся дальние родственники каких-нибудь жен королей трехсотлетней давности. Эти роды три с половиною века как не видели трона. Да в них и мужик не признает королей! Императоры вымрут, господа, и крестьянину придется признать, что, хочешь - не хочешь, пора строить-с жизнь без императоров! Тут-то мы их и завербуем, и на восток пойдем... И остатки Древнего Ваунштрафа отвоюем....

Мечты о независимости у Бирн-Рика в его увлеченности превратились уже в уверенность в гибели всей кофердской монархической идеи. Он уже готов был вести полки на восточные рубежи Ваунштрафа, аргументируя сие тем, что древнейшим Ваунам в 300-х принадлежало пол-Кронгарта. А неосознанно в голове его рисовался уже и национальный ваунштрафский Коферд, Тролльхольм и чуть ли не ваунштрафский Альбергарт, в коем все арабы, получая решпубликанские паспорта, писали в графе "национальность" - "ваун", делая в этом слове четыре ошибки.

Но в важные минуты Эжени-Людвиг умел сдерживаться.

- Итак, Альберт-Генрих едет в Гюрелен; он будет в Ваунштрафе, - Бирн-Рик обернулся, как бы с одной стороны извиняясь за то, что несколько отошел от темы, и подводя итог речи своей, с другой же – подготовившись для очередного эффекта и этим, без сомнения гордый, - он будет в Ваунштрафе; и мы свершим это, упредим, отомстим – мы бросим бомбу ему под колеса, и то, что от него останется, никогда не примет альбертову корону. Кому же, - здесь он обернулся к публике, а Элоина, не умея так быстро понять, в чем дело (все же язык был для нее чужой, и диалект чужой) – только вздрогнула, когда взгляд вождя опустился на Жерома рядом с нею. - Кому же выпадет великая честь свершить этот исторический подвиг? Навеки войти в историю Ваунской республики зачинателем ее? Кому?

- Ему ж самому, - шепнул кто-то рядом сидящий, как ни в чем не бывало, Жерому. Некоторые улыбались; они, верно, представляли себе тучного Эжени Людвига, прыгающего с бомбой.

Элоина вздрогнула, и, чтоб отвлечься, вновь обратила взор свой туда, куда все смотрели, - к Бирн-Рику.

Он подозвал кого-то, и кто-то из первых рядов, в бордовом костюме, или мундире, поднимался к нему на помост. Он поднимался неспешно и как-нибудь неуверенно, и с тем вместе внушительно, и на ходу мотнул головой.

Что-то знакомое вдруг увидела Элоина в этом движении… Но ей не следовало больше гадать. И пока Бирн-Рик, с налетом какой-то злорадной гордости, говорил:

- Я представляю вам, тем, кто может быть, редко посещает наши собрания, но теперь явился, ибо того требует важность дела; я рад представить вам недавно вернувшегося мученика революции, Александра Ваньшерра…

Он обернулся. Его лицо увидела Элоина; это было молодое ваунское лицо, лишь с тенью изможденности. Она готова была вскрикнуть, но, в любом случае, Бирн-Рик говорил слишком громко, чтоб услышан был выкрик какой-нибудь.

- …Который самолично бежал, через Краффштуффские земли, через море, из диких пустынь Альбергарта, из самой страшной ссылки, бежал, обманув альбертингский режим, с одной только идеей – вернуться к своим соратникам и отомстить! И, - улыбка Бирн-Рика впрямь странной какой-то была, - и возможность такая теперь предоставится ему.

Выражение лица Ваньшерра переменилось; оно стало столь же неестественным, как лицо вождя, и на нем тоже сияло неестественное восхищение, напускная и какая-то вымученная, вынужденная радость.

- Этот человек, - продолжал Бирн-Рик, - преклонитесь пред ним, вы, не склонившиеся перед шпорой режима… Этот человек выше всех нас здесь, он важней меня, он истинный вождь Революции; ибо ради Революции он пострадал, но он спасся, чтобы продолжить ее дело, он преодолел все, поскольку светила ему звезда Ваунов! Не одну сотню выдающихся наших сторонников завербовал он, расширив ряды наши, приведя к нам десятки могучих бойцов…

Жером с иронией поглядел на Элоину. «И это бойцы его? – подумал Жером. – Да верно, ему просто нужно приговорить Александра»

- … И он уже мог бы считаться героем Ваунии после всего этого, и его гибель, которую оплакивали мы, не была напрасной. Но он вернулся из Кофердских темниц, пример незыблемой стойкости, и у него единственная жажда теперь: отомстить. Он вернулся, чтоб отомстить тем, кто мучил, пытал его, кто верил в свою безнаказанность, но кто будет наказан… Кому, как не ему предоставим мы…

Голова Элоины сильно кружилась. Ваньшерр не видел ее, но и ему трудно было держать все то же восхищенное выраженье лица. Он хотел обернуться и хотел как будто что-то спросить, но Бирн-Рик докончил:

- Кому, как не ему предоставим мы честь привести исторический приговор в исполнение?

Аплодисменты и выкрики.


Сцена 13

Громче всего кричали, разумеется, толстые «будущие министры республики», которые меньше всего желали хоть какое-то принимать участие в покушении. Нашли, нашли героя! Раз он такой герой, раз он правда сбежал, ну, скажите, разве же он не справится с таким пустяком, как покушение? Справится? А значит, не только за себя бояться нечего – нечего бояться теперь и за дело! Ура! Всё удалось! Ну, вздохнём, всё оставим на Ваньшерра!

Все вставали, кто-то кричал еще; все… Но что же делала Элоина? Жером взял ее за руку. Она его как будто не слышала.

***

Но оставим покуда нашу героиню, тем более, что она как будто исполнила мечту последних лет, отыскав возлюбленного; о том же, что делать далее, она до сих пор вовсе не думала. Высшей и непосильной задачей она мыслила освобождение Александра. Но тот без ее участия очутился на свободе, не сгинул ни в застенках тюремных, ни в альбергартских песках!... Новые проблемы лишь теперь встали перед Элоиной, и разобраться в них она пока не успела.

Оставим Элоину на перепутье, оставим Ваунштраф, оставим вовсе цивилизованные области мира и поглядим на дикий северо-восток, обширную и неизведанную колыбель древнейших, самобытных цивилизаций, лишь в последние века отданных Провидением во владенье могучих и самовластных империй юга.

С культурой нынешнего мира, культурой юго-запада, Восточные земли связывал, точно маленький пост таможенника, один только Краффштуфф; да и тот ранее простирался за Междуземное Море, в центральные области, покуда тамошние феодалы не отделились от короля на свою же погибель. Сепаратисты, гордившиеся добытой в бою независимостью от Краффштууфской Крестоносной Короны, вскоре стали добычею для сильных соседей и ныне составляют уже неотъемдемую часть Аспийского мира...

Краффштуфф, курьез истории, анклав запада на востоке, и тот едва ли можно считать государством современным; торгуя с аспийцами, подданные Князя переняли черты эпохи, быстро промелькнувшей в иных странах, но ставшей для Краффшиуффа вечною. Вечные треуголки и парики, вечная пышность царила здесь уже два столетия.

В Коферде, хотя он и держал не одно столетие протекторат над княжеством, эпохи треуголок и париков не было вовсе; отсталых рыцарей сразу же сменили гвардейцы в эполетах. На нынешней великой Империи сказывалась северная изоляция, а больше того - диктатура ОЧК. Едва ли прошло полвека с тех пор, как исчезли копейщики из армии, ныне блистающей на Келен-Ланском параде во всей новизне снаряжения. Как ни печально сознавать, возрождению послужила революция; и чтоб совладать с мятежом и возродить страну, консерваторам пришлось согласиться с реформами, кои не сумел в свое время продвинуть даже Альберт Девятый.

Старая, дореволюционная Лангерра не сравнилась бы с нынешней, где роскошные многоэтажные особняки скрыли в тени своей исторические "синие дома", в один момент превратившиеся для литераторов из "свидетелей благородного прошлого" в "заходустные избенки". Все познавалось в сравнении!

Но могла ли ныне революция, удачная или неудачная, в итоге принести Коферду пользу, даже если вовсе не брать в расчет политику? Что осталось бы от вновь застроенных городов, чудес "Оттонова благоденствия", от восточных заводов, от престижа страны?

Нет, революция бы погубила все достижения неоднозначной, но могучей эпохи Авершеров, отбросила бы страну на полвека назад. Оттого народническое учение забылось и почиталось в высшем обществе глупым. Расцвести могла лишь та непокорность, которой явное предательство интересов страны казалось не злом, а благом. Сепаратизм. Однако и националисты в нынешнее спокойное время мечтали разве что уничтожить правящую династию. Едва ли один разумный кофердец мечтал о разрушении?...

…Но среди всех сепаратистов имелись, увы, такие, для коих совсем ничего не значили достижения кофердийцев и летосчисление их культуры; то была непреклонная самобытность, и каждое усилие запада, стремившегося переделать ее под себя, она не отбрасывала - но коварно надеялась направить против него.

Мы говорим, разумеется, о Тролльхольме. Нынешнее состояние его можно было замечательно оглядеть, всего лишь.... Взглянув на панораму столичного Тролльгартского центра со старой Колокольной храмины.

Здания Ашпенгарта, дворцы капиталистов, идеально повторяли современный и пышный западный стиль, хотя иные тролльгартские нувориши наивно и неразборчиво копировали столичные особняки, получая в итоге громоздкую карикатурную искусственность. Но в окружающем контрасте Ашпенгарт выглядел прекрасным оазисом, и вы не стали бы смеяться над ошибками передовых восточных архитекторов. Дворцы окружены были лачугами и кирпичными коробками индустриального вида. Эти бедные дома рабочих все без исключения венчались нехитрыми национальными крышами: полотняный навес, защищавший разве от дождя и служивший главным образом языческой традиции, натягивался на четыре кривых ската, слепленных из завитых веток.

За сценою трубы оружейных заводов сливались со старою застройкой и будто вырастали из многокупольного, резного, украшенного беспорядком флажков и завес Баронского Дворца.

Дворец был относительно нов, хотя и выглядел диковинным памятником экзотической культуры, пугающей случайного гостя своею многогранной непривычностью. Старый Замок, служивший примером архитекторам нынешнего, погиб в дни Тролльгартской осады 1054 г. Нового никто и не думал строить, покуда тролли из рабов не были признаны полноценной национальностью. Лишь в 1240-х барону их вернули все символы власти и позволили устроить церемониал по всем диковинным, а для кого-то диким, правилам двора древних зеленокожих королей.

Для сего и создан был меньше века назад новый Дворец, совместивший черты традиционного, хаотически скроенного замка Тролльгарта и современных Альберту Восьмому скромных резиденций.

От вторых, впрочем, зданию досталась лишь разумная внутренняя планировка. Наследие древности поражало - навесы, напоминавшие полотняные крыши хижин (о них речь шла выше), только сложенные из сотен досок заместо веток и покрытые черепицей; купола, но не белые и не золоченые, подобно святым куполам святого Альберта, а пухлые, бордовые - не то цвета грязи, не то цвета крови - обшитые чешуей. Никакого порядка не видно было в крышах: там бревенчатое вовышение венчалось куполом, а здесь - башенкой; тут половину стены занимала косая крыша, а здесь сохранилась шитая шатровая... В каждой щели скрывался новый шпиль, зубец или непохожее на соседние оконце.

Древние тролли не строили нарочно таких многогранных чудес; ансамбли их поместий складывались годами и частенько рушились от перегруженности. Каждый новый хозяин перестраивал и украшал, согласуясь с собственным самодурством, родовой замок, не осмеливаясь разрушить работу предков только из-за языческого почтения к их духам. Если дворец падал под грузом надстроек, новый собирали прямо на руинах, используя те же доски и камни, дабы не обидеть ревнивых прародителей, некогда их собравших.

Нынешний дворец, впрочем, сразу выстроили многобашенным, как стилизацию. Когда барон Хульг в конце тринадцатого столетья попытался увенчатьстроение огромным куполом, правое крыло не выдержало тяжести его; тогда был издан указ, запрещавший перестраивать Дворец - завет, исполняемый поныне.

И вот Баронский Дворец стоял неизменный. Но уж год как не появлялся здесь наследный властитель, и забыты оказались церемонии, для коих дворец возводился.

Бароны Трольхольма редко исполняли даже обязанность наместников, не то что самодержцев; большинство их просто обитали в роскоши, одеваясь в древние драгоценные одежды и предаваясь удовольствиям. Так и последний зеленокожий властелин доживал свой век, не надеясь на свершения, когда однажды Ку-Шаир, богатый промышленник, получивший от самого Государя высочайший заказ на изготовление оружия для Кофердийской Армии, не соблазнил его идеей восстания против Империи. Толстяк загоредся крамольной мыслью, но скоро остыл, когда ему привезли из столицы новую механическую безделушку... А спустя пару месяцев взбунтовалась городская беднота, непонятно кем поднятая на мятеж. Толпу разогнала только заводская полиция Ку-Шаира, которую он в чрезвычайный момент вооружил теми самыми винтовками, предназначенными для лансеторкской пехоты. Ку-Шаир обвинил во всем барона, представив следствию неосторожное письмо, в коем барон восторженно отвечал на первые призывы к сепаратистскому мятежу.

И баронство было упразднено, а видный промышленник, разумеется, занял место в переходном тролльском правительстве и - отныне - во Дворце.

Теперь только решился вопрос с его именованием!.. До сих пор известно только было, что к номинальному вассалитету возвращаться не будут, сочтя неудачным опыт 1311, когда Альберт Авершер даровал баронство одному из заговорщиков, свергнувших "короля" Тролльхольмского и союзника Революционеров - бывшего барона прежней династии, Ранкка.

Новый барон, хоть и смотрелся с виду прогрессивным, даже правоверным, и отрицающим национализм, на самом деле оказался жадным эгоистом, стремившимся из своего формального положения выручить как можно больше денежной выгоды. Сына его, того самого последнего барона, теперь уличили в непокорности, хотя он был всего лишь прожигатель казны.

Восстанье бедноты, без сомнения, подстроил Ку-Шаир, но его же назначили временным главою Тинга - советного правительства Троллей, наспех созванного по образцу Губернских советов в регионах Кофгарта. Решено было ввести не то наместничество, не то губернское правление, установленье коего покончило бы с отличиями Тролльхольма от других регионов, уравняв всю восточную землю с малонаселенным Лансеторком или Индергартом. В любом случае, правителя отныне назначал и снимал Император, и тот должен был быть не церемониальный лидер вроде барона, а истый политик. Политик в Тролльхольме остался один - Ку-Шаир. В Тинг он посадил пешек - знатных, но ничего не смыслящих в делах троллей, заседавших при оружьи и в жреческих нарядах. Но даже если б Император озаботился ограничить власть Председателя, едва ли во всем тролльском народе сыскался бы соперник наследному капиталисту, потомку великого Ранкка, из батрака вышедшего в богачи!

Ранкк Ку-Шаир, некогда пахарь и баронский писарь, случайно попался на глаза Альберту Триумфатору, зорким оком подметившему в неказистом тролле прогрессивное начало. Тот отправил его советником в Лангерру и помог получить образование. А став заводчиком, Ранкк воспитал в том же духе и наследника компании - Харага, ныне председателя Тинга. Единственный из троллей он был образован по мерке лангартского дворянина!..

В черном фраке, свисающем с худого тела, Хараг сидел в комнате для слуг бывшего баронского дворца - просто пышно-экзотичные парадные залы барона он приказал запереть и не тратить средств на все излишества ритуаловритуалов; Ку-Шаир проглядел письмо из столицы, в котором временного губернатора-наместника как раз и извещали: должность его отныне именуется наместник-губернатор, что означает губернское подчинение властителя в сочетании с прежними свободами Тролльхольма-наместничества.

Хараг улыбнулся высокопарному тону записки , сообщавшей, в сущности, о перестановке слов чиновничьего титула; не титулы, совсем не титулы, полученные от метрополии, волновали его ныне.

Начиналась новая эпоха для земель Востока...

Я ничем не связан с Greenpeace? Greenpeace ничем не связан со мной! (с)

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 9978
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Коферд: Сцены. 04.07.13 - ДВЕНАДЦАТАЯ и ТРИНАДЦАТАЯ сцен

#50 Сообщение KaiseR » Чт июл 04, 2013 10:48 am

Вот, кажется, шажок небольшой- а как бальзам на душу! :) Моя очередь говорить о "растянутости сюжета"- истинно, мы с вами большие охотники долго запрягать и быстро ехать. :lol: Не поэтому ли пирог сюжета печётся так долго, с такими деталями, а трапеза развязки молниеносно стирает испечённое с подноса, будто всё предыдущее действо, похожее временами на сложный механизм, было только для единого момента? Признаться, заметил это ещё в "Хрониках революции", и от этого было так интересно читать их и так непросто воспринять сам факт завершения. И тем не менее, от "Сцен" по прежнему веет какой-то... вечностью. :) Будто начавшись они и не закончатся никогда- просто на смену персонажам, которые оказались в повествовании только из-за привязанности к определённому периоду истории Коферда, придут другие, но "Сцены", как литературно-богатая летопись нового Коферда, пришедшая на смену строгим хронологиям, просуществуют столько же, сколько сам Коферд!


Вернуться в «Истории ВР»